Анатолий Радов - Холодная кровь [СИ]

Холодный ливень в одно мгновение пробрался под одежду, мокрая от грязи куртка прилипла к спине, а в лицо вместе с порывом ветра ударили сотни капель, обжигающих словно лёд. Но всё это было мелочью, по сравнению с ливнем пуль. Да, она их не видела, и слава богу, не ощущала, как тугие струи дождя, которые, казалось, бьют не только сверху, но и с боков, но их тут было полно. Автоматные очереди, не прекращающиеся ни на секунду, слышались со всех сторон. Дара быстро огляделась, и заметив за серой пеленой ливня стену деревьев, бросилась к ней, сильно пригибаясь к земле. Через минуту грузовик с будкой растворился в дождевом мареве, а очертания леса, напротив, стали отчётливее, и Дара ускорилась. Но девчонка не поспевала за ней, и пришлось снова сбавить темп. Вдобавок, её спутница вдруг поскользнулась и растянулась в полный рост. Дару развернуло от неожиданности, она сама с трудом удержалась и быстро присела рядом. Ругнувшись, подхватила девчонку за плечи, подняла одним рывком. И вдруг откуда-то изнутри, словно лёгкий пар, поднялась беззлобная улыбка и уголки губ сами взмыли вверх. Лицо девчонки было сильно измазано грязью, а по скривленному рту с лёгкостью угадывалась, что та сейчас в голос разревётся.

— Ну что ты, — Дара принялась заботливо обтирать рукавом её сморщенное личико. — Не смей реветь. Нужно бежать дальше.

Девчонка быстро закивала и стала подниматься, а Дара вдруг бросила взгляд на свою правую руку. Потом подняла её и посмотрела сперва на железное кольцо, сжимающее запястье, а потом вдаль, туда, где стоял грузовик. Ключи от наручников. Она совсем забыла про ключи от наручников. Они были в верхнем кармашке куртки охранника. Он положил их туда, она видела. Один из конвоиров передал ему, и он положил. Чёрт!

— Давай обратно, — бросила Дара, и лицо девушки мгновенно вытянулось.

— Зачем? — испугано пробормотала она и стала медленно пятиться. — Я не пойду.

— Ключи от наручников, — Дара подняла сцепленную руку и потрясла ею. — Нам нужно снять их.

— Там нас убьют, — застыв на месте, тихо проговорила девушка. — Они нас там убьют. Ведь ты же убила ихнего. Я не пойду.

Она вдруг зарыдала. Хотя это было и не особенно неожиданно, но Дара всё же смутилась. Ещё несколько секунд она боролась с желанием дать пощёчину этой дурёхе и насильно потянуть её обратно, но в дело вмешался голос.

— Вернись и разнеси их всех. Ты же умеешь хорошо стрелять. Вспомни, сколько ты этим занималась, а? А вдруг среди них и тот, кто нужен есть, а? Ты же знаешь, кристалл легко определит, кому принадлежит отделившаяся от тела душа. Ах да, кристалл у тебя в…

— Заткнись! — рявкнула она вслух, и всё-таки легонько залепив девчонке по щеке, чтобы та пришла в норму, потянула её в сторону леса.

14

— Держись за бронёй! — прокричал Хлох, а сам запрыгнул на «Ящера» и рванул к башне, перескакивая через металлические дужки и люки.

Я резко присел за «кормой», выглянул из-за колеса. Теплокровы оживились, перебегали — меняя позицию. Шмальнув пару раз одиночными, я попытался разглядеть «бэху». Повреждена, нет? Но сквозь пелену ещё сильней припустившего ливня теперь можно было видеть разве что метров на двадцать.

— Вот тебе и развлечение, — прохрипел я, невольно вспомнив слова Хиеха.

Хлять, сколько же вот такой хрени случается после слов — ну что, развлечёмся?

А где кстати Хиех?

Пытаясь увидеть грузовик, я наткнулся взглядом на теплокрова, который в этот самый момент клал на плечо гранатомёт. Чё-о-рт!

Щелчок флажка и две короткие очереди. Теплокров упал носом в землю, шайтан труба отлетела в сторону, он стал неуклюже подниматься, потянулся к ней. Ещё одна очередь и теплокров застыл кучей свежего мяса.

— Чёрт-чёрт-чёрт, — дрожащими руками я пытался поставить переключатель на одиночные, повторяя всего одно слово. — Чёрт-чёрт-чёрт…

И только когда мозг перестало клинить, закончил эту мозговую чечётку другим словом:

— Убил.

А следом словно отрезало. Руки перестали труситься, мысли приобрели чёткость и холодность. Ну убил. Да. И что? У меня не было выбора. Ещё секунда и он бы разнёс «Ящера» нахрен, а заодно с ним и меня.

Справа снова заработал крупнокалиберный, но ненадолго. Я вжался в броню, переждал, и потом начал стрелять одиночными по позициям теплокровов. А с их стороны огонь становился всё реже, они явно уходили от дороги.

— Хош! — сквозь потрескивание выстрелов донёсся до меня голос Хлоха. Я повернул голову и увидел, что он подаёт мне знак. Вперёд.

Кивнув, подскочил и, согнувшись, бросился к насыпи, залёг за ней, краем глаза увидел перебегающего Хлоха и ещё одного нашего. Прикрыл короткой очередью. Два трассера дали понять, что время менять рожок. Отцепил пустой, быстро вырвал из кармашка броника полный. В это время Хлох уже зарылся носом в землю прямо перед дорогой, и перевернувшись на спину, нажал на крючок подствольника. Взорвалось где-то за их бронмашиной, в ответ два невнятных одиночных.

— Хлох! Они уходят! — проорал я, пытаясь продраться голосом сквозь шум ливня, Хлох кивнул и, вскочив на ноги, бросился к подбитой «броне» теплокровов. Пришлось следовать за ним.

На дороге поскользнулся, растянулся в грязи, выругался. Шум в ушах усилился.

— Чёртов дождь, — вырвалось невольно, но повернув голову, увидел, что в этот раз дело не в ливне. К нам двигался второй «Ящер».

Ну, слава Алху. Поднявшись, я быстро преодолел расстояние между мной и бронмашиной противника, и тут уже, спокойный как удав, плюхнулся на колени рядом с Хлохом. Волнения больше не было. Вообще не было.

— Ушли, щеровы отродья, — сквозь зубы процедил мой соратник, и бросив взгляд на третьего нашего, спросил. — А где Хиех?

— К грузовику пошёл.

Он зло сплюнул, и поднявшись в рост, запрыгнул на машину.

— Отходи!

Пять шагов в сторону, Хлох спрыгнул на землю, побежал за мной, присел. Внутри вражеской бронмашины гулко взорвалось, зазвенело в ушах.

— Давай к нашему «Ящеру»! — по перекошенному лицу Хлоха было понятно, что он орал, но я слышал всё в довольно спокойных тонах.

— Понял! — прокричал в ответ и не без радости побежал обратно. Судя по всему, всё уже закончено. И слава Алху, в нашу пользу.

Пока вторая часть отряда занималась преследованием и добиванием, мы с Хлохом помогли выбраться из подбитого «Ящера» механику-водиле, потом вытащили тела командира и наводчика. Последнего пришлось доставать по частям, от взрыва ему оторвало голову и левую руку, прихватив с ней лопатку и несколько рёбер. От вида окровавленной шеи и ошмётков лёгкого, торчащего из огромной дыры в теле, меня вырвало. Я упал на колени и долго блевал, упираясь ладонями в грязь. Щера с разорванной башкой видел, и ничего, а тут накатило, да так, что хрен остановишь.